Рецепт

Как-то раз, отправившись в Люблин к Хозе-провидцу, ребе Давид из Лелова по пути остановился у своего друга, которого должен был взять с собой. Тот жил очень бедно, но всё-таки попросил жену приготовить ужин для гостя.

Женщина растерялась. Всё, что у неё было, — это немного муки — ни щепотки соли, ни капли масла. Тем не менее, она пошла в лес, собрала хворост для печки, затем замесила муку с водой и наварила на ужин клёцок.

Уже вернувшись из Люблина, ребе Давид рассказал своей жене о путешествии и среди прочего сказал:

— Когда я ужинал у друга перед совместной нашей поездкой, его жена приготовила необычайное лакомство. Такое было ощущение, будто она приправила это блюдо специями из Ган Эден (Сада Эдемского). Никогда не ел ничего подобного!

Зная о мистическом складе ума своего мужа и о том, как трудно произвести на него впечатление явлениями этого мира, жена ребе поняла, что ему довелось попробовать действительно редкостное угощение, и при случае не преминула о нём вспомнить, чтобы выведать рецепт.

— Какой рецепт? — удивилась жена друга ребе. — Это была мука с водой.

— Нет, нет, мой Давид сказал, что вкус был такой, словно ты приправила пищу специями из Ган Эден!

Внезапно глаза той женщины округлились от осенившей её догадки.

— Гут ин химел (Господь небесный) — воскликнула она. — Собирая хворост для печи, я молилась, говоря: «Рмбоно шёл Олам (Господин вселенной), мне нечем почтить ребе Давида, но у Тебя, ха-Шем, у Тебя есть Эдемский Сад. Пожалуйста, если можно, добавь немного специй в мои клёцки, чтобы они понравились нашему гостю». Похоже, ха-Шем услышал мою молитву

*	Р.Шапиро. Хасидские притчи

Стать счастливым

- Как стать счастливым?
- Нужно научиться довольствоваться тем, что имеешь.
- А можно ли вообще желать чего-то?

- Можно, – ответил Мастер, – если будешь в такой же ситуации, как один взволнованный отец, которого я однажды встретил в роддоме. Медсестра сказала ему:

- Знаю, что вы мечтали о мальчике, но у вас девочка.
- Да ладно, ничего, все нормально. Ведь я все равно надеялся, что если не мальчик, то будет девочка.

* Энтони де Мелло. Одна минута Глупости

Ученик Гурджиева

Один психоаналитик, который учился у Гурджиева, на свадебной церемонии провёл эксперимент. Стоя недалеко от хозяев, он наблюдал за проходившими гостями и понял, что никто из хозяев не слушал того, что говорили гости. Тогда он влился в поток гостей и, подойдя к одному из хозяев, тихо сказал:

— Сегодня умерла моя бабушка.

Хозяин ответил:

— Как прекрасно, как мило!

Он сказал то же самое другому хозяину, и тот ответил:

— Как мило с вашей стороны!

А жених на это сказал:

— Старина, пора и тебе последовать.

Никто никого не слушает. Вы слышите то, что ожидаете услышать. Ожидание — это ваши очки.

*	Притчи от Ошо.

размышление…

шел ослик по лесу… и вдруг начался сильный дождь…Капли били ослика по спине..”Больно”-подумал ослик и спрятался под зонтик.Капли барабанили по зонтику…”Теперь больно зонтику”-подумал ослик и спрятался с зонтиком в дом…Дождь барабанил по крыше домика…”Теперь больно домику” подумал ослик…и накрыл собой крышу…Шел медведь “Ослик, зачем ты это делаешь?Тебе же больно”-сказал мишка… “В этой жизни всегда кому-то бывает больно, я сильнее домика и зонтика, поэтому буду защищать их…”… ……..значит Я-ослик?Да?

Бакалейщик

Сейида спросили: “Зачем шейх Аттар написал Перечень Друзей Бога?”
Он сказал: “Потому что Коран больше не переживался, а толковался”.

“А зачем Мауляна Руми написал Месневи?”
“Потому что Перечень не читался, а заучивался.”

“А кто те люди, которые могут объяснять писания суфиев?”
“Те, кто не нуждается в том, что они содержат.”

“Как их называют?”
“Вы могли бы назвать их весьма особым видом торговцев бакалеей.

Бакалейщик – это человек, у которого провизии больше, чем это необходимо ему самому, поэтому он продает ее другим. Мы называем их пирами (старейшинами) и муршидами ( руководителями).

*	И.Шах. Мыслители Востока

Яд лекарство

В городе Бистаме жили однажды два вельможи, ненавидевшие друг друга из-за древней вражды. Однако, случилось так, что оба они захотели обучиться секретам человеческой природы и судьбы под началом одного и того же человека, известного мудреца Али Бега, который жил в отдаленной части Персии.

Однако Али, перед тем как принять их, отписал другому мудрецу, Ибн Хамзе, который жил неподалёку от Бистама, с просьбой принять двух вельмож и поговорить с ними от его имени.
Но каждый из них отказался встречаться с Ибн Хамзой.
“Я хочу припасть к корню, а не к ветви” – сказал первый.

Второй сказал:
“Ибн Хамза – никто для меня!”.
И вот, Ибн Хамза начал распространять недостойные слухи о двух “кандидатах в просветленные”. Через несколько месяцев, заваленные со всех сторон гадкими слухами, след от которых вел вне всякого сомнения вел к Ибн Хамзе, двое аристократов почувствовали себя задетыми за живое, и, забыв старые обиды ворвались в дом Ибн Хамзы, полные ярости и гнева, забыв полностью о своих поисках истины и человеческой природы.
“Известно ли тебе, о презренный червь, зачем мы пришли в твой дом?” – вскричали они, едва завидев Ибн Хамзу.

“Доподлинно известно”, – отвечал Ибн Хамза, – “вы пришли:
Во-первых, потому что Али Бег хотел показать вам, насколько мелочна и ничтожна ваша “глубокая” неприязнь друг к другу:

Во-вторых, потому что вам надо было продемонстрировать, до чего просто управлять вашими поверхностными чувствами, заставив вас прийти сюда, хотя каждый из вас твердо решил не делать этого:

В-третьих, хотя вы и не подчинились указаниям Али Бега, вам стоит знать, что некоторые желания должны быть доведены до конца:

В-четвертых, вы здесь для того, чтобы стать хотя и невольными, но учителями людям, присутствующим здесь:

В пятых, Али Бегу и мне надо было показать местным жителям, любителям подозревать и распространять слухи, наподобие тех, что я распустил о вас двоих, что люди сердца – не простая добыча для них, что их пагубные привычки могут быть обращены против них же.

И наконец, в-шестых, вы здесь, потому что в последовательности будущих событий, фактов и разъяснений я вижу перспективу превращения яда в лекарство, и оружия в ценный инструмент.”
* И.Шах. Мыслители Востока

Музыкант

Врач внимательно осмотрел пациента и сообщил ему:

— У вас был приступ пневмонии. Вы музыкант, не правда ли?

— Верно, — удивлённо ответил человек.

— И вы играете на духовом инструменте.

— Точно! А как вы догадались?

— Элементарно, мой дорогой! Прослушиваются хрипы в лёгких, глотка воспалена. Нет сомнений, что это результат сильного давления. Скажите, на каком инструменте вы играете?

— На аккордеоне.

де Мелло Энтони. Когда Бог смеётся.

Каменный Будда

Купец, несший на плечах 50 свертков хлопка, остановился передохнуть от жары в убежище, где стоял каменный Будда. Здесь он заснул, а когда проснулся, его хлопок исчез. Он немедленно заявил об этом в полицию.
Судья по имени О-ока начал следствие.

“Должно быть, этот каменный Будда украл хлопок,” – заключил судья.
“Он должен заботиться о благосостоянии людей, но он пренебрег своей святой обязанностью. Арестуйте его.”
Полиция арестовала каменного Будду и притащила его в суд. За статуей шла шумная толпа, которой любопытно было узнать, какой приговор вынесет судья.

Когда появился О-ока. Он упрекнул шумливую аудиторию:
“Какое право вы имеете смеяться и шутить во время суда? Вы не уважаете суд и подлежите штрафу и тюремному заключению.”
Люди поспешили извиниться.
“Я наложу на вас только штраф, – сказал судья. – Я повелеваю, чтобы каждый из вас в течение трех дней доставил в суд по свертку хлопка. Кто не сделает этого, будет арестован.”

Один из принесенных свертков сразу был опознан купцом, как его собственным, и воришку легко нашли.
Купцу вернули его добро, а остальные свертки были возвращены их владельцам.

101 притча Дзен

Обезьяна

В чайхану вбежал взволнованный крестьянин

— Опасность! Нужно что-то делать! — кричал он. — Там обезьяна! В её лапах нож!

— Успокойся и не кричи, — послышался голос суфия. Мудрец сидел в углу чайханы, погружённый в раздумье. — Нож в лапах обезьяны совсем не то, что нож в руке человека. Бояться нечего.

Вскоре крестьянин увидел обезьяну снова. Она давно уже выбросила нож и забавлялась теперь другой находкой.

Если ты не осёл, или Как узнать суфия. Суфийские анекдоты

Потеря памяти

В зрелом возрасте Хуа-цзы из рода Ян-ли государства Сун потерял свою память. Он мог получить подарок утром и забыть об этом вечером; он мог дать подарок вечером и забыть Об этом к утру. На улице он мог забыть идти, дома он мог забыть сесть. Сегодня он не мог вспомнить, что было вчера; завтра – что было сегодня.

Его семья забеспокоилась и пригласила прорицателя, чтобы он рассказал будущее Хуа-цзы, но безуспешно. Они пригласили шамана, чтобы совершить благоприятствующий обряд, но это ни к чему не привело. Они пригласили доктора, чтобы вылечить его, но и это не принесло улучшения.
Был один конфуцианец из Лу, который, предлагая свои услуги, объявил, что он может поправить дело. Жена и дети Хуа-цзы обещали ему в награду половину своего состояния.

Конфуцианец сказал им:
- Ясно, что это – заболевание, которое не может быть предсказано гексаграммами и предзнаменованиями, не может быть заколдовано благоприятствующими молитвами, не может быть излечено лекарствами и иглами. Я буду пытаться преобразовать его ум, изменить его мысли. Есть надежда, что это восстановит его.

После этого конфуцианец пытался раздеть Хуа-цзы, и тот искал свои одежды; пытался морить его голодом, и тот искал пищу; попытался закрыть его в темноте, и тот искал выход к свету.
Конфуцианец остался доволен и сказал его сыновьям:
- Болезнь излечима, но моё искусство пронесено тайным через поколения и не рассказывается посторонним. Поэтому я запру его слух и останусь с ним наедине в его комнате на семь дней.

Они согласились – и никто не узнал, какие методы применял конфуцианец, но многолетняя болезнь рассеялась в одно утро.
Когда Хуа-цзы проснулся, он был очень зол. Он прогнал свою жену, наказал сыновей, погнался с копьём за конфуцианцем.
Власти Сун арестовали его и пожелали узнать причину.

- Раньше, когда я забывал, – сказал Хуа-цзы, – я был без границ, я не замечал, существуют ли небо и земля. Теперь внезапно я вспомнил – и все бедствия и их преодоление, приобретения и потери, радости и печали, любви и ненависти двадцати-тридцати прожитых лет поднялись тысячью перепутанных нитей. Я боюсь, что все эти бедствия и преодоление их, приобретения и потери, радости и печали, любви и ненависти придут и сильно поразят моё сердце. Найду ли я снова момент забытья?

Притчи человечества. /Сост. В. В. Лавский.